Apocrypha: ангельская пыль

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Apocrypha: ангельская пыль » Холодная война » Новое начало ангела Завершения


Новое начало ангела Завершения

Сообщений 1 страница 8 из 8

1

Название: Новое начало ангела Завершения
Предыстория/краткое описание сюжета: Самаэль - не только единственный из падших ангелов, кому было даровано право вернуться к Создателю, он еще и единственный из ангелов, кто был отделен от Создателя дважды. Через тысячи земных лет ангел открывает глаза и видит Древо. В материальном мире младшего из ангелов встречает Габриэль.
Время и место действия: Спустя пару сотен лет после завершения Войны Люцифера с ангелами света. Земля, возле Мирового древа.
Особые обстоятельства: АУ по отношению к "Апокрифу от Люцифера"
Список участников квеста (в порядке отписи): Самаэль, Габриэль

0

2

Я - часть Света. Свет - часть меня. Крохотная частица нечто огромного, вернувшаяся к горячо любимому Создателю. Шло время, бесконечное и вязкое, стирающее из памяти отрывки прошлой жизни. Самаэлю уже казалось, что ничего и не было. Только это безграничное удовольствие и радость существования. Было ли что-то еще кроме окружающей его Любви? Нет, наверно не было. Так бы младший ainoo и думал, если бы его судьба, его Бог не решил совершенно иначе. Казалось бы, что может быть хуже быть отвергнутым своим любимым? Да, собственно, ничего. Однако, как ошибался ангел! После продолжительных речей, звучавших в разуме, захотелось снова забыться в окружающем тепле. Я не хочу! Не надо! Прошу! Рыжеволосый юноша распахнул глаза, смотря расфокусированным взглядом в голубое небо. Больше не было легкости, заставляющей трепетать от восторга, не было спокойствия внутри. Мягкая зеленая трава у Древа Жизни казалась невыносимо жесткой, даже колючей. Звук перешептывания листков на ветках - оглушающий. Все вокруг было наполнено тяжестью и тоской. После проведенного времени со Светом весь мир казался совершенно не таким ярким и красочным. Наверно, местами отвратительным. Самаэль медленно сел и прижал дрожащую ладонь ко лбу. Он здесь. В мире. Рука безвольно скользнула по груди, что когда-то проткнуло огромное копье. На молочной коже не было и царапинки, даже шрама не было. Свет убрал с тела все воспоминания, только лишь в голове остались обрывки мирских дум, да какие-то страшные, порой кровавые картины. Рыжие спутанные волосы спадали на глаза, на плечи. Так необычно ощущать себя плотным. Такая мысль заставила грустно усмехнуться. Нет ничего хуже, чем покинуть Создателя. Разве что быть отторгнутым второй раз. И это прекрасно понимал младший ангел, сидя на траве в своих раздумьях. Нужно было время, чтобы осознать себя отдельной частицей этого мира. Беспощадного. Зеленые глаза, цвету которых позавидовала бы даже трава, осматривали Дерево жизни. Один из шипов был обломан, но видимо это совершенно не мешало и там зарождаться новому бутону. А больше рассматривать ничего и не приходилось. Бескрайнее поле, наполненное душистыми травами, крохотной жизнью, да такое же простирающееся голубое небо, в коем кружились птицы. Зрение еще несколько подводило, но Самаэль мог разглядеть черные крылья птиц. Собственные крылья лежали на земле, словно два раскинувшихся облака. Перья один к одному, девственно белоснежные, как снег в горах. Пара взмахов для проверки. К телу все еще надо было привыкнуть. Голова кружилась, забивалась новыми и новыми рассуждениями, но поверх всех был сладкий, тягучий голос, предупреждающий, оглушающий, ласкающий. Свет долго рассказывал о том, что Рафаэль - это зло, что Самаэль должен оберегать всех живых созданий, любить их.
-мм.. - простонал тихо ангел, когда руки совсем ослабли, и тело упало на согретую солнцем землю.
Он пытался вспомнить своих братьев. Габриэль, Рафаэль, Михаэль. Воспоминания текли в голову медленно, с неохотой. Видимо после долгого отдыха в лоне Создателя, Самаэль стал терять собственное я, но..увы. Голое плечо неприятно кольнуло. Вздрогнув, ангел посмотрел на сидящего на бледной коже шмеля. Тот по хозяйски стал кружиться на месте, покачивая полосатым тельцем и перебирая тонкими черными лапками.
-Габриэль..помоги.. - тихо позвал сухими губами, закрывая слезящиеся глаза, - Габриэль.
Свет Солнца совсем не такой, как у Создателя. Этот свет мучает глаза, колется. Ангелу внезапно показалось, будто весь мир настроен против него. И этот шмель, и солнце, и даже трава, щекочущая чувствительную кожу. Даже его собственное тело не хотело толком слушаться, да и что может оно? Рафаэль полетел к Звезде, пытаясь уничтожить свое тело, чтобы вернуться к Свету. К любимому. Сейчас младший понимал брата как никто, наверно, другой. Если бы было немного больше сил, то он наверняка бросился бы к этой противной звезде. Лишь бы вернуться. Не удивительно, что в рыжей голове рождались такие мысли, ведь рядом не было никого, кто мог бы успокоить ангела. И братья не спешили помогать.

+1

3

В небо посмотришь – там звезды былого
Выткали тонким узором забытое имя.
Ветер пригоршней пепла развеял забытое слово...

Холодная война - сложное и страшное действо. И хотя Габриэль каждый день благодарил Создателя за прекращение войны настоящей, кровопролитной и жестокой, на деле до мира было как до Инферно пешком. Люцифер и Хель вели свои изощренные игры, как и полагается Тени и Стратегии... А что полагается Справедливости? Только напоминать Стратегии о Воле Создателя и следить, чтобы от противостояния близнецов-ангелов мир не обратился в прах. И Габриэль следил, неустанно наблюдая за человечеством и мирами смертных.
Любимый эксперимент Создателя превзошел все ожидания по части жизнеспособности. Когда-то люди убедили Люцифера отречься от обещанного ангелами покоя, потом пережили то, что называют войной ангелов и демонов, а теперь, когда вроде как достигнута в мире иллюзия равновесия, выдерживают и один за другим ходы стратегов Света и Тени. Габи видел, как давным-давно разошедшиеся от Мирового Древа народы процветают, развиваются каждый по-своему под управлением ангелов Возмездия, как постепенно люди становятся все более самостоятельными, как вызревают в душах и сердцах занесенные Хелем или Люцифером семена благородства или порока. Но не только смертные привлекали внимание ахрангела: младшие братья, после войны постепенно нашедшие каждый себе место в мире смертных, волновали Габриэля не меньше. Тонкие нити Света, что тянулись от каждого из них к Гайя, он словно слышал и ощущал, и стоило обратить более пристальное внимание к одной из них, как становилось понятно, в каком состоянии находится тот или иной ангел, нужна ли ему помощь или поддержка. Как правило, братья справлялись: дэмайну, время от времени вырывавшиеся к тому или иному миру смертных, им не были помехой, а ничего масштабного Люцифер устроить не мог (во всяком случае, Габи на это надеялся). Тем более неожиданным оказалась для архангела слабая просьба о помощи. Еле различимый голос, каким говорят те из младших, кто слишком долго пребывают вдали от Гайя, исходил от Мирового Древа. Не колеблясь и пары мгновений, Габриэль поспешил вылететь из Гайя и пробросить портал по давно отпечатавшимся в памяти координатам. Два мощных взмаха золотых крыльев, одно привычное усилие воли - и вот архангел ступает по зеленой траве, устилающий когда-то пустынный край.
Увидев, кто же из младших звал его, Габи не поверил глазам своим. Однако Свет был полностью согласен с зрением, которое, в общем-то, все равно не могло обманывать ангела: Самаэль, младший из ангелов, тот самый, первый пошедший за Рафаэлем в искреннем желании помочь и единственный из Падших прощенный и принятый Создателем, лежал на траве, обессиленный и растерянный. Сознание брата было открыто для Габриэля, и ангел не на шутку встревожился царившим в нем отчаянием, но в первую очередь нужно было помочь Самаэлю восстановиться и прийти в себя.
Ангел опустился на колени рядом с братом, сложив крылья за спиной и мягко коснувшись искаженного болью лица Самаэля. Габи хотел поделиться с младшим Светом, думая, что тот истощен, однако рыжий в этом совершенно не нуждался: свет его, чистый и холодный, вовсе не тянулся к Габриэлю как к источнику восполнения утраченных сил. Удивленный и немного обескураженный, ангел рассудил, что с подобными проблемами все же проще будет разбираться в Гайя, и поднял младшего на руки.
- Держись, брат, и лучше прикрой глаза. Совсем скоро мы будем дома, - с этими словами Габи снова пробросил портал и перенесся в Гайя вместе с Самаэлем. Портал открылся в двух шагах от той самой пещеры, и Габриэль, усилием воли отложив рефлексии о странном подсознательным выборе места, вошел в пещеру и уложил младшего брата на выступ породы, в кои-то веки обрадовавшись своей забывчивости, по вине которой здесь лежал давно забытый плащ.
Вновь прислушавшись к сознанию брата, Габи осознал, что для понимания всего этого хорошо бы услышать хоть пару слов или направленных мыслей самого рыжего, и негромко заговорил:
- Самаэль, как ты оказался возле древа? Что случилось?
Создатель, каким замыслом твоим явился он в мир материальный? Почему мы не знали о его появлении?..
Вопросы, конечно, остались без ответа, ведь сейчас было явно не время беседовать с Отцом. А главный вопрос к брату - почему тот был столь отчужден и несчастен - Габи задавать не спешил. Сначала стоило выслушать младшего, понять, что из всего хаоса мыслей и ощущений он хотел бы донести, озвучить и обсудить. На уровне Света Габриэль чувствовал - вопросов к Справедливости у Самаэля достаточно.

+2

4

Внутри приятно колыхнулся Свет. Так непривычно осознавать, что эта маленькая искра - все, что осталось от Создателя, бывшего совсем недавно для ангела всем миром. Изумрудно зеленые глаза приоткрылись, рыжие ресницы дрогнули, рассматривая склонившегося над ним брата. Лицо Габриэля, такое родное и любимое, сейчас выражало тревогу. Это заставило младшего из ангелов прикрыть глаза и, коротко выдохнув, снова облизнуть сухие губы. Самаэль не хотел, чтобы архангел волновался за младшего. Сам ведь мог за себя постоять, но именно сейчас, сию минуту, ему нужен был брат. Так, как любому растению нужен солнечный свет и вода. Слабое тело ныло, практически как обыкновенное, человеческое. Руки начинали слушаться, пускай и медленно. Сколько же его не было в этом мире? Сотню лет? Может больше. Но одно он помнил  точно - старший брат всегда отзовется и поможет. Потянувшись руками к мужской шее, скользнул теплыми ладонями по коже, медленно оглаживая и обнимая. От Габриэля, как всегда, пахло чем-то приятным. Маленькая деталь, но для того, кто так давно был в Свете, кто позабыл, что такое тело, что такое запах, подобная вещь была так же значима, как и рассвет по утру. Нарушать повисшее молчание совсем не хотелось. Только прижаться теснее, зарываясь носом в светлые шелковые пряди волос. Это успокаивало душу. Больше не было так одиноко.
-спасибо.
Лишь хриплым тихим голосом отозвался юноша. Он всегда говорил тихо, внятно, но всегда был красноречив и добр. Внезапно в память острым ледяным крюком впилось мгновение из прошлого. Самаэль убирает с лица волосы и облокачивается о холодную скалу, прикрывая глаза. Ему надо сосредоточиться. Ему надо уговорить хоть кого-нибудь помочь и юноша знал к кому взывать. После нескольких часов уговоров его братья соглашаются помочь. Старший из них практически сразу обращается лично к рыжевласому. Какова цена за помощь Рафаэлю? Что будет потом, когда их план сработает? Но ответа не находилось никак. Он и сам не знает. Только лишь тревожно осматривает свое пристанище среди каких-то темных и грузных скал, острыми зубьями, рвущимися к серому небу. Знает только одно - братья должны помогать друг другу.
Морща нос от боли в голове, сильнее сжимает в объятиях шею архангела. Было бы ложью, сказать, что Самаэль соскучился. Нет. Он всегда был рядом с каждым из ангелов, в которых была хоть капля Света. Будучи с Создателем, рыжеволосый ainoo старался поддержать каждого, с кем был их Создатель. Поэтому такая встреча была важна совсем по-другому. Тепло чужого тела, его Свет, мягкие волосы и бархатная кожа. Все было для юноши подтверждением того, что он жив. Теперь ангел снова будет жить сам в этом мире, ища себе место, где можно устроиться. Оказавшись на выступе скалы, Самаэль медленно сел. Руки уперлись в холодные края камня. Как знакомо это ощущение. Приподняв голову вверх, молча, осмотрел своего брата. Габриэль ничуть не изменился. Правда, когда ты являешься кусочком Создателя, все выглядит иначе. По-другому. Это даже словами сложно объяснить, что уж говорить о рассудке, который отчаянно пытается весь мир понять и принять.
-Габриэль, - прошептал уже увереннее младший ангел, - я рад тебя видеть.
На лице появилась грустная улыбка, а из глаз потекли горячие слезы. Он снова будет жить без своего Создателя. Все то, с чем юноша едва не стал единым целым, всё в одно мгновение стало недосягаемым. Помня, пускай и смутно, о первом отделении от Света, ангел не мог сдержать слез обиды и боли. Почему так получилось? Почему его снова заточили в этом теле? Облокотившись голой спиной о холодную каменную стену, подобрал к себе ноги и уткнулся в колени носом, рассыпая рыжие спутанные пряди по плечам.
-Брат, почему я здесь? - прошептал сбито, быстро постаравшись взять себя в руки.
Самаэль никого не обвинял, не проклинал мир и людей, которых ему предстояло оберегать. Только хотел знать почему его снова отправили сюда, к Древу Жизни, потом в Гайю.
-я мало что помню, -продолжил, вытирая плечо от соленых дорожек, - Я был в этом мире раньше. Помню, что ты мой брат. Рафаэля, Михаэля. Помню, что помог бежать Рафаэлю.. - замолчал, облизнув соленые губы, и поднял тоскливый взгляд, смотря нежными глазами на архангела, словно ожидая ответы на все вопросы. Даже недосказанные, - и Создателя. Он сказал, что я должен оберегать людей. Любить... - голос снова дрогнул, выдавая волнение ангела, - их. Почему я здесь? - наконец невольно повторил вопрос, волновавший разум младшего.

Отредактировано Samael` (2014-03-11 22:32:39)

+1

5

Самаэль постепенно приходил в себя, что не могло не радовать архангела. Словно после тяжелой травмы и долгой реабилитации, младший возвращал себе контроль над своей материей, принимал свою сущность. И Свет младшего, наконец, среагировал на старшего ангела, потянулся к нему, и Габи мягко улыбнулся Самаэлю. Он мог бы ответить, что и сам счастлив встретить брата, который, казалось бы, навсегда ушел из Гайя, и смерть его тяжелым грузом легла на плечи Люцифера, но слова лживы, а его действия и теплый Свет, что, соединяясь со Светом Гайя, окружал Самаэля, говорил лучше всяких слов.
В глазах младшего стояли слезы, и Габриэль все же решил что не стоит вынуждать брата обличать в слова причину его состояния. В сознании Самаэля царил полный раздрай, как бывает с ангелом, забывшим Идею. В который раз вспомнилось Габриэлю, как тысячи земных лет назад Рафаэль закрывал свое сознание от всех братьев. Чувствовал ли он что-то подобное тому, что сейчас испытывал Самаэль? Габи не мог знать, но среди всех мыслей младшего нет-нет, да встречал он полные горечи вопросы к Создателю. За что? - слышалось из уголков сознания. Ангел смотрел в зеленые глаза младшего, блестящие от слез и тускло сияющие Светом, и против воли память смешивалась с реальностью, создавая мрачную и в то же время счастливую иллюзию давно ушедших дней, когда Габриэль так же сидел возле этого выступа породы, а Рафаэль говорил с ним о возвращении к Создателю. В глазах старшего из ангелов, Габи видел теперь, была та же глубокая тоска, прикрытая более ярким Светом. Тогда он, ангел Справедливости, оказался глуп настолько, что из взгляда брата и из их Света выделил Laavh. Рафаэль же ее не знал, в сознании его возникали совсем другие Идеи, и будь Габи чуть внимательнее, а Рафаэль чуть менее замкнут - быть может, многого удалось бы избежать...
Вздрогнув, Габриэль отогнал иллюзию. Не самое время для самобичевания и воспоминаний. Даже люди учатся на своих ошибках, и уж Справедливости точно не позволительно повторять ошибки мира. На то он, в конце концов, и хранит память о том, за что несет вечное наказание Люцифер. Тогда Рафаэль тосковал о Создателе и мечтал вернуться к нему, и ангелы совершили ошибку, но сейчас, когда юный Самаэль близок, как казалось Габриэлю, к такому же состоянию, ошибаться снова нельзя. Создатель дает нам еще один шанс...
- Потому что такова Идея Создателя. Твоя идея, Самаэль, и моя, и всех нас, ибо мы – это он сам, его части и его продолжения, - говорил все это Габриэль твердо и уверенно, хоть и негромко. Так подсказывал ему его собственный Свет, и в этом видел архангел гармонию и Замысел. – Невозможно одному уследить за всем, нести в себе все Замыслы и основы. Смертным во всех мирах нужна Любовь Создателя, но как ему донести ее до них, если сам он нематериален? – Габи сжал ладони брата в своих, сплетая пальцы в знаке безусловного превосходства материи над неосязаемым для смертных Светом по части передачи теплых чувств. Больше всего ему хотелось сейчас, чтобы брат услышал его сейчас. Спустя столько лет Габи понимал, что совершенно не знал Рафаэля и не смог бы убедить его в искаженности его взглядов… Но с Самаэлем могло получиться. Это ли не долг Справедливости.
- Когда Рафаэль был осужден и низвергнут в Инферно, мир разделился, и теперь не только Свет и прощение, но и Тень Создателя дана смертным. Была война, брат, и противостояние пребудет в веках, - как ни старался Габриэль, в голосе его звучала глухая горечь и скорбь о тех днях и о событиях, предшествовавших войне. - Ты нужен Создателю здесь, Самаэль, Ангел Завершения. Нужен здесь нам всем и самому себе. Услышь это Светом и сердцем, брат, и Идея откроется тебе, чтобы мог поделиться ей с нами и с миром, как я говорю тебе то, что вижу, когда обращаюсь к Справедливости.
Габриэль замолчал, предоставив брату возможность в тишине и покое разобраться со своими мыслями или хотя бы немного подуспокоить сознание. Наверняка кто-нибудь из братьев скоро почувствует новую частицу Света, а может, Создатель посвятит Михаэля в эту часть своего Замысла – так или иначе, Самаэлю придется привыкать к жизни в Гайя, а пока что в этой пещере они словно отгорожены от остального мира. Заповедный уголок заповедного мира, словно промежуточный отсек шлюза или сени родного дома, зависит от точки зрения.

+1

6

На какое то мгновение все сказанное братом показалось настолько глупым и наивным. Незаметно для Самаэля по лицу пробежала легкая тень недоверия. Разве Создатель не всемогущ? Зачем создавать миры со смертными и обрекать их на мучения? Зачем дарить тем, кого любишь, горькую участь? Почему люди, умирают и возвращаются к Свету, а ангелы...живут вечность? Такие вопросы кружились в голове заново рожденного. Подобных сомнений раньше никогда не возникало, младший всегда шел за Светом и слушался каждого его желанию. Но теперь все шло как-то не так просто.Медленно отпустив руки брата, ангел накрыл лицо ладонями и потер хорошенько, чтобы отогнать подобные мысли. Произнести вслух подобное при Габриэле было очень страшно и стыдно. Его старший брат не сомневался в замыслах Создателя и вряд ли хотел бы слышать подобное. Пальцы зарылись в рыжие волосы, убирая их с лица назад. Осознавать свою плоть становилось все проще, руки снова покорно слушались, а спина перестала ныть от тяжести крыльев. Втянул носом полную грудь воздуха. Хотелось поговорить, высказать все свои сомнения и вопросы, но разве Ангел Справедливости даст на них ответы? Почему-то впервые в брате сомневался Самаэль. Он, нагой и беззащитный, молча сидел напротив златокрылого, как ребенок, которого только отчитали, а тот не хотел открыть рот, чтобы сказать то, что, казалось бы, нарушит эту уверенность взрослых.
-Война? - тихо повторил себе под нос, закрывая глаза.
За чем-то подобным, кажется, Создатель внимательно наблюдал. Что-то отдаленное всплыло в голове, но настолько смутно и неясно. Разве будет интересовать подобное, когда ты являешься кусочком Начала всего сотворенного? Лучше было бы прекратить думать, так как стоило вспоминать какие-то отрывки, как разум цеплялся за них острыми зубами и тянул к себе, составляя весьма не радостную картину, в которой святое облачалось в тьму. То что это мог видеть брат, Самаэля заставляло волноваться сильнее.
-Я не знаю зачем я и что должен делать.
А в разуме плясал протест. Он не хотел дарить свою любовь людям. Сложенные за спиной крылья на секунду дрогнули, словно готовые к полету, но тут же вновь прижались к голой спине. Если рыжевласый ангел останется наедине со своими размышлениями, то ни к чему хорошему это точно не приведет. Пусть Самаэль и был младшим из всех, однако не глупейшим. Подняв ладонь с колена, провел неспешно по торсу Габриэля. Когда-то все было намного проще. Тогда ангел точно знал чего он хотел - быть единым целым с Создателями и братьями. Им, наверняка, тоже не нужна была никакая Идея, все было хорошо. Теперь же мир казался слишком сложным и необъятным для понимания. И чем сильнее Самаэль пытался в нем разобраться, тем сильнее он запутывался в бесчисленных вопросах, утверждениях, догадках. Это было не то, чего хотел ангел. Поднявшись на ноги, дрогнул. Даже в Гайя все было не так просто. Свет внутри приятно грел и был настолько сильным, как, наверное, никогда ранее. Ладонь прижималась к груди. Пальцы сжались, ногтями скользнув по молочной коже. Надо отвлечься и привести свой дух в порядок. Нельзя сомневаться в помыслах Создателя. А уж тем более нельзя показать брату свои думы.
-Спасибо, что отозвался, брат. Я, наверно, отвлек тебя от дел? - посмотрел через плечо на мужчину. Собственный Свет привычно тянулся к другому кусочку Создателя, желая снова слиться в одно целое, - За последнее время мир вокруг изменился. Даже я это ощущаю..

0

7

And once you‘re old enough they teach you
Not to be wishful not to care
About the plan that‘s been already made
for you by other hands
But when you fail there‘s no one out there
To take your hand to catch your tears
The whole construction we have built
Leaves no such room for blinding fears

Габриэль прислушался к сознанию брата - и едва сдержал материальные проявления горькой досады. Самаэль не слышал его, не хотел слышать, а может, Габриэль говорил что-то совсем уж иллюзорное... Кто знает, далека ли его картина мира от реальности. Недаром ведь написание религиозных текстов и канонов курировал Михаэль, хотя идейно это ближе скорее Справедливости, чем Стратегии. Если Габриэль и видел Замысел верно, донести, в любом случае, получалось так себе. Призвав на помощь весь свой опыт, архангел снова обратился к сознанию брата - и получил ответ на вопрос о причине неэффективности его речей. Каким бы ни был ярким и теплым Свет третьего ainoo, какая бы мудрость Справедливости ни звучала в речах, он не мог просто перекрыть след Рафаэля в сердце младшего. Сначала расчистить место, потом строить новый мир. На развалинах старой веры не возвести новый храм, тем более если в основах старого мира - отклонение от Света. Создатель, за что не подарил ты этому брату нашему чистоты и Знания?.. Ответ пришел сразу, хоть и не от Отца, но от Света самого Габриэля. Это искупление. Если Самаэль единожды поверил Рафаэлю и разделил его взгляд, он повторит эту ошибку снова, если сам не поймет, где в его сознании Тень берет верх над Светом. Искажение нужно вывести, выжечь с корнем, да еще и сделать это так, чтобы боль от процесса не спровоцировала обиды или новой Тени.
- Потому что жизнь – настоящая, материальная, - всегда лучше смерти. Спроси любого из смертных – они хотят жить, вовсе не спешат уйти к Создателю. Мы нужны им, нужны Отцу в его эксперименте, - в тон мыслям брата вещал архангел, тщась подобрать верные слова.
Младший не мог скрыть сознания от Габриэля, но все же поражен был старший ангел, что Самаэль не хотел бы, чтобы его мысли можно было услышать. Снедаемый противоречивыми чувствами, Габи оставил сознание младшего в покое. Конечно, ни к чему хорошему продолжительное сокрытие разума привести не может, но… пусть брат откроется сам. Габриэль не был уверен, что Хель и другие братья будут столь же терпеливы и разделят его позицию, но хотя бы какое-то время Самаэлю нужно дать на самоопределение. А пока что нужно развеять созданное неосторожными речами Падшего.
- Ты пытаешься понять это данным тебе умом, брат, но услышь Свет, ведь он один объединяет нас всех, делает нас тем, чем мы были и чем должны оставаться – устами, руками и десницами Создателя. Частями одного целого, призванного быть единым во многих. Замысел прост, и каждому из нас известна наша часть, главное – захотеть увидеть ее, почувствовать всей своей сущностью.
Пусть Габриэль и не читал более сознания брата, его неуверенность и непонимание висели в воздухе и были так же осязаемы, как всепроникающий Свет Гайя. Ангел, пребывающий в сомнении, не должен оставаться один, ни в коем случае, это Габи усвоил раз и навсегда, и за все это время ни разу не пришлось ему отказаться от своего видения. Поэтому, когда Самаэль встал и, поблагодарив старшего за помощь, решил уйти, архангел встал и положил руку на плечо брата, призывая его остаться, задержаться хоть на немного.
- Для меня сейчас нет ничего важнее твоего возвращения, брат, - Габриэль оставлял свое сознание открытым, прислушиваясь с каждому слову Самаэля и пытаясь правильно среагировать на каждую оброненную фразу. - Мир меняется. В этом движении - развитие Света, путь Создателя. Тебе не нравится этот мир? Скажи, брат, или спрашивай, сколько нужно твоей душе, чтобы понять. Я здесь только для этого.

0

8

Неожиданно даже для самого Самаэля слова старшего брата породили в нем какое-то новое чувство. Сомнение прокралось в тяжелые думы, как червяк в яблоко, и теперь не давали покоя. После пребывания с Создателем он так ничему и не научился. Слушать не разум, шепчущий о том, что есть Свет и Тень, было глупостью, когда в тебе самом горит кусочек всемогущего. Невольно ангел положил ладонь на свою грудь, прислушиваясь к себе. В нем играла обида на Создателя, отторжение его Идеи и непонимание. Но разве это правильно? Младший ainoo прикрыл в размышлении глаза, невольно открываясь старшему брату. Габриэль был по своему прав, но ему, в отличие от Самаэля, не хватало правильных слов. Слушать разум или Свет, подаривший разум? Выбор был очевиден и прост. Но с плеч, словно гора, тяжесть не свалилась от осознания происходящего. Да, если бы Создатель не любил бы их, то не оставил внутри каждого ангела кусочек себя. Именно это всегда в себе хранил Ангел Завершения, однако сейчас подобные мысли хоть и рождали сомнения, но этого было мало. Окинув взглядом брата, даже не заметил, как захлопнулся снова.
-Я не понимаю. Зачем создавать все это? Почему нельзя уничтожить Тень, просто сделав ее Светом? Он ведь сам так сделал и теперь обрекает Рафаэля на.. - слов подходящих не находилось, - на муки? - заглядывает в глаза златокрылого брата, - ты понимаешь? - тихо уже спросил, обуздав нахлынувшие эмоции, - мы с тобой здесь, можем ощущать поддержку и любовь, но брат наш. Мы все созданы из одного целого. Я видел войну, - выпрямился, смотря в упор, открыто, - если бы Создатель хотел, то остановил ее. Он этого не сделал.
Зеленые глаза были полны тоски. Самому было страшно и неприятно то, что доносилось из его рта, но остановить эти речи никак ангел не мог. Но ведь это факты. Голые и неприкрытые. Габриэль, светлый брат, хотел слышать то, о чем думает младший. Именно подобные мысли кружились в голове и от них становилось только тяжелее. Свет внутри не помогал, только лишь все усложнял. С таким разумом светлокрылый заходил в тупик, да лишь сильнее начинал запутываться между душой и разумом, между противоборствующими сторонами, теснящимися внутри. Почему же все так сложно, брат? Когда они были все вместе было куда проще. Стоило одному отшагнуть от общепринятых условий и показать другую сторону, как в голове рыжего ангела все смешалось разом. Обида на Создателя такими речами лишь разжигалась, но где-то глубоко внутри юноша прекрасно понимал, что он просто, будто капризный ребенок, такими словами показывает свой протест и пытается привлечь внимание. От этого становилось только хуже. Распахнув широкие крылья, пару раз ими взмахнул, разгоняя воздух вокруг, и снова сложил.
-Я запутался, брат, - после долгого молчания наконец произнес.
Это было абсолютной правдой. Надо было подумать основательно над всем происходящим. Приятный теплый ветерок ласкал голую кожу. Глаза уже привыкли к солнечному свету, так что теперь лишь рассматривали летающих в небе птиц.
-Расскажи лучше о себе. Я не все еще помню, но рад был бы узнать что делаешь Ты.

+1


Вы здесь » Apocrypha: ангельская пыль » Холодная война » Новое начало ангела Завершения


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно © 2007–2017 «QuadroSystems» LLC